кошка имя дуся

Автор

Женское имя Дуся – оригинальное и смешное. Это уменьшительно-ласкательная форма от… А вот как звучит полное имя, и что оно означает, я и расскажу в этой статье.

Происхождение имени Дуся

Итак, имя Дуся, полное имя — Евдокия. Зародилось это имя в Византии, произошло оно от древнегреческого слова «эудокиа», что значит «благоволение». Означает оно следующее: «добрая слава», «благовоние». У нас на Руси появилась разновидность этого имени – Авдотья, а в Белоруссии и в Украине есть созвучное имя Евдоха (Явдоха). Также часто Дусю называют Дуней, Доней, Досей. Покровительницей имени считается святая мученица Евдокия, княгиня Московская. Она крестилась и, отказавшись от своего богатства, посвятила жизнь служению Богу. Считалось, что в награду за это она была отмечена даром чудотворения.

Характер Дуси

В детстве Дуся – это очень живая и озорная девчонка, доставляющая немало хлопот своей непоседливостью родителям. Но, став старше, она кардинально меняется. Оказывается, что Дуся, полное имя которой Евдокия, обладает мягким и добрым характером. Она, как правило, хорошая хозяйка, заботливая мама и жена. В ее семье царит мир и согласие, так как она обладает способностью избегать любых конфликтов и мирить враждующие стороны. Именно за бесконфликтность и уравновешенность характера Дусю ценят на работе. Сослуживцы видят в ней грамотную и всегда готовую прийти на помощь коллегу. А начальство нередко доверяет ей самые ответственные задания. Но есть в жизни Евдокии и отрицательные моменты. Так как Дуся, имя которой означает «добрая слава», является очень доверчивым, честным и стремящимся к справедливости человеком, она сильно страдает от своей наивности и простодушия. Если ее сильно обижают, она может надолго замыкаться в себе.

Самая известная Дуся

Самая известная Дуся – это Дуся Ковальчук, которая была революционеркой и участвовала в гражданской войне в России. Она вышла замуж в шестнадцать лет за человека, который был старше ее вдвое, и родила ему четверых детей. Дуся самостоятельно освоила чтение и письмо. Муж ее младшей сестры приобщил ее к подпольной деятельности большевиков. В 1918 году она стала руководительницей подпольной работы РКП (б). Ее дом был местом встречи подпольщиков. После того как противники большевиков расстреляли ее соратников, она организовала похороны своих товарищей. Также она занималась сбором денег для помощи детям арестованных и расстрелянных революционеров. Благодаря своему решительному характеру Дуся (полное имя — Евдокия) прятала у себя в доме сообщников, помогала бежать из тюрем арестованным сподвижникам. Ярая революционерка, она считала, что нужно организовывать восстание и демонстрации рабочих в крупных городах, в то время как ее соратники делали ставку на восстание крестьян в деревне. В 1919 году Дуся Ковальчук была арестована белой контрразведкой и расстреляна. Ее именем названа улица в городе Новосибирске.

Вот такая интересная и решительная Дуся, полное имя которой Евдокия. В наши дни это имя не популярно. А жаль, ведь оно несет в себе тепло и доброту.

Посвящается племяннику Мише

Когда я тебя увидала, ты был годовалый бутуз.
Вразвалку ходил ты на ножках, чуть-чуть косолапил, клянусь.

И эта смешная походка и даже повадка твоя
Сказали мне: «Ты Медвежонок!» Вот так прозвала тебя я.

К тому же тебя звали Мишей, в честь дяди. А дядя Медведь.
И значит, что ты Медвежонок! Ну как по-другому смотреть?

Года очень быстро промчались и вот ты пошёл в первый класс.
Смешная колючая чёлка, чумазые руки подчас.

Родители вечно в заботах. Сестричка большая уже!
То где-то с ребятами в школе, то где-то в спортивном кружке.

С тобой мы уроки учили, но каждый мечтал о своём.
Вдвоём с упоением читали о рыцарях прежних времён.

Искали на карте мы страны, смотрели моря, города.
Историей ты увлекался, а русским, увы, никогда!

Романы тебе я читала, но ты их ничуть не ценил.
Вот комиксы — это забава! Паук — человек тебе мил.

Но скоро, уроки закончив, к себе я спешила домой,
А ты без друзей оставался. Во двор не пускали, друг мой!

Родители дружно решили: » На улицах просто кошмар!
Кругом очень много бандитов. Опасно! Везде криминал!

Поэтому лучше будь дома. Без нас никуда не ходи!
Играй! Мы компьютер купили, ещё телевизор смотри!»

Тебе одному одиноко! А дом у вас старенький был.
И как-то, бродя по балкону, на кошечку ты наскочил.

Она очень грустно глядела, сидела замёрзшая вся
И с робкой надеждой, несмело, к ногам прижималась, урча.

Как только её ты увидел, как только в глаза посмотрел,
Так сразу домой с ней помчался. Её накормил, обогрел.

Придумал ей имя: «Ты Дуся! «К ней будто душой прикипел.
А кошка тебе отвечала. Ждала, чтоб домой ты поспел.

Бывало из школы приходишь, она уж под дверью сидит
И радостно так по-кошачьи о чём-то с тобой говорит.

Ты был ведь ещё сам малышка, о Дусе заботиться стал.
Сам покупал творожок ей и сам молоко наливал.

Ходил для неё ты на рынок и денежки детские ты
Старался на кошку потратить, купить ей побольше еды.

Ей тайны свои доверяя, о чём-то на ухо шептал.
А Дуся тебя понимала, бежала стремглав, если звал.

Когда ты нашёл свою Дусю, по меркам кошачьим она
Была уже старой старушкой и долго на свете жила.

Прошло года два или три уж и кошка вдруг стала болеть.
Ты так помочь Дусе старался, её полечить и сберечь!

С сестричкой к врачам привозили вы бедную Дусю свою.
Уколы ей делать пытались. Но не пересилить судьбу!

И скоро тут кошки не стало. Сидел и молчал ты, скорбя.
Ведь крепко был к Дусе привязан. Боялись мы все за тебя.

И чтобы скорей помочь горю, купили котёнка потом.
Смешную красивую кошку с пушистым и белым хвостом.

Но ты не забыл свою Дусю! А новую — ты не любил.
Печально и грустно вздыхая, как взрослый, смешно говорил:

«Что делать? Ведь кошка блондинка! А, значит, глупышка она.
Вот Дуся была очень умной, всегда понимала меня!»

Дружок, не грусти ты о Дусе! Ведь, если у кошек есть Рай?
То Дуся в Раю том, конечно, гуляет. Об этом ты знай!

Подумай! Что мы недодали: Тепло и внимание к тебе.
Она всё сполна отдавала. Ах, Дуся! Спасибо тебе!

Фото для иллюстрации предоставлено Робертом Качевым.

У меня, кстати, дома, Елена, как раз и живёт кошка Дульсинея, в просторечии Дуся. Вы про неё уже читали в цикле юмористических миниатюр «Кошкократия». Не знаю смогу ли я, если с ней что-нибудь случиться (она уже 2 раза на землю с 8 этажа летала), другую кошку себе завести. Моя просто уникум и единичный экземпляр! А я, ввиду своей инвалидской беспомощности, даже не знаю как её к врачу повезу, если не дай Бог что случись.

С уважением, Андрей.

Спасибо за тёплый отзыв, Андрей. Мы так крепко привязываемся к нашим четвероногим друзьям. У меня был пёс-тигровый боксёр. Умер. Десять лет прожил. Я его всё помню. О нём грущу. Хороший был человек этот пёс. С теплом и улыбкой) Берегите свою Дульсинею.

В том то и дело, что они порой дороже и ближе для нас, чем люди, потому что понимают и чувствуют нас.

Очень давно уже по интернету ходит бродит рассказ который был опубликован автором «Пункт» на Udaff.com, про странного мальчика по имени Стас и прозвищу Писюн и его безумных домочадцев — кошку Дусю и попугая Розеллу. Этот рассказ передается из уст в уста уже не только во всемирной паутине.

«Совсем недавно судьба в очередной раз свела меня с одним старым знакомым, Стасом, которого я не видел лет семь. В этой связи я и решил описать несколько епизодов из жизни этого беспезды знакового в моей жызни персонажа.

Когда мы с мишей учились в шестом классе, к нам привели Стаса. Человеком он был нихуя неадекватным, но вроде как не по своей вине. Страдал он от какого-то там отклонения типа нарколепсии (когда люди засыпают неожиданно), тока он не засыпал, а залипал. Наглухо причём. То исть сначала он во што-то фтыкал, а потом ни стого, ни с сего стопарился и пускал слюну. Приходил в себя только после того, как весь класс с криками «зырьте, ребза, у ебаната апять боторейки сели!» начинал отвешивать ему подзатыльники под затылок и подсрачники под сраку. За глаза ево называли дурачком, но говорить такое в лицо было как-то оскорбительно, поэтому обозвали стасика нейтрально — писюном.

Скоро в школе появилась и писюнова мама, которая почему-то слёту записала нас с мишей в писюновские друзья и много чё нам про нево поведала. Оказалось был целый список вещей — типа «цыклично движущихся блять объектов» и «изображений с яркой цветовой гаммой», — которые писюну нежелательно было наблюдать вапще, а то была опасность впасть в канкретна долговременный ступор или хуйвознаит чего ещё. Остаток того учебного дня миша провёл в тщетных потугах ввести писюна в кому — он ходил вокруг него кругами, изображая циклично двигающийся объект, а через равные промежутки времени вертел у того перед ебалом цветными карандашами, изображая яркую цветовую гамму. Периодически пристально смотрел в глаза. Хуй там. Писюн не поддавался.

После уроков мы втроём уже стояли в раздевалке. Раздосадованный такими несрастухами миша сурово, как блять берия, натягивал на себя свой любимый чудо-свитер, апогей суканах пост-модернизма, привезённый из каково-то Чуркистана. Это сейчас, с высоты, тыксызыть, своего опыта, я понимаю, што на етом предмете одежды силами таджикских ткачей, по совместительству наркоманов и дальтоников, художественными срецтвами был изображён героиновый приход, но в ту пору мы были свято уверены, што это пять зелёных всадников ловют чёрную рыбу в красном поле под палящим фиолетовым солнцем. Всякий раз, когда миша надевал ету паранойу, превращаясь в сплошное красно-фиолетовое пятно, у меня возникало навящивое желание обхватив голову руками бечь нахуй проч с криками типа «Нет! Нет! Только не мой мозг, ёбаные пришельцы!». Стоило мише выйти в етом свитере на улицу, как прохожие начинали шарахаццо в стороны, забывая о чём тока што думали, маленькие дети принимались плакать, а молодые барышни — обильно менструировать. У меня лично, как и у некоторых наших знакомых, свитер вызывал приступы тошноты и головокружения, поетому я старался смотреть по возможности в пол. То исть, как вы панимаити, на блёкло-сером раздевалочном фоне мишин свитер нихуёво выделялся. Да хули там, скажу больше — не существует в природе вапще такого фона, на котором этот ебучий аксессуар не выделялся бы нах. Хотя если вы блять нароете где-нить летающую тарелку с агромной надписью ЗЕМЛЯНЕ!МЫ ПРИШЛИ С МИРОМ! — то можете смело, одев мишин свитер, встать рядом — такие весчи идеально суканах дополняют друк друга.

Красное пятно блякнуло што-то вроде «щасливо, пацаны» и уплыло в сторону выхода. Оторвав глаза от пола, я увидел писюна. У писюна было такое ебало, как будто он всю сука ночь ловил чорную рыбу с зелёными всадниками и теперь стоял передо мной типа заёбанный — с подкашивающимися ногами, отклянченой губой и тупым взглядом. В тот раз он залип основательно, я ево минут 15 откачивал. Мише сказал сжечь свитер нахуй.

Была у писюна кошка, звали Дусей. Дуся была нещадно пезданутое жывотное — въёбывалась с разбегу в стены, промахивалась нахуй мимо миски с молоком харей в пол, корчила непанятные ебала. Дусей, хстати, она была чиста формально, паскольку отзывалась и на Дусю, и на Васю с Петей, и на «пошла на хуй». В общем Дуся была не жилец палюбому — каску у неё снесло при рождении, и по законам природы она должна была скопытицца фпезду ещё в раннем децтве, когда вместо титьки тыкалась еблищем маме в сраку — но тут блять в планы естественнаго отбора вмешался известный гринписовец писюн. Дефективную Дусю он нарыл на какой-та памойке и припёр, естесна, в дом — ето паходу был ваще последний раз, когда писюн полноценно держал лохматую бестию в руках, патаму как, когда Дуся подросла и превратилась в трёхцветную лопоухо-косоглазую паибень, она начала двигацца и хуй ты её поймаешь блять. Двигалась Дуся оченно резво — создавалось впечатление што даже срала на ходу, а если задерживалась в адном месте больше десьти сикунд, значит либо спала, либо отъехала нахуй. Ну или задумалась — периодически с ней случались кратковременные приступы спокойствия: она ни с таво, ни с сево замирала, таращила косые банки в неизвесном направлении и напряжённо ожидала в какое полушарие ёбнет моча на етот раз — ну и в зависимости от результата через полторы секунды начинала отчаянно щемицца либо влево, либо вправо, затем обычно въёбывалась жбаном в стену, отскочив сломя голову хуярила в противоположную сторону, въёбывалась в дверь и ахуев от такого обилия препяцтвий начинала щемицца вверх па шторам. Там, где-нить сука под паталком вдруг опять замирала с таким ебалом типа «во, бля… где ето я. », снова задумывалась, неожиданно пукала, с перепугу въёбывалась тыквой в багету, падала сракой на подоконник и по новой начинала гонзать по жилплощади — шерсть дыбом, глаза на выкате блять. Мне думаецца, што именно так выглядел бы кошачий вариант гибрида Алины Кабаевой и Жанны сука Агузаровой. Наблюдая такую поеботу, миша неоднократно говорил писюну, типа «писюн, она у тебя походу слепая ваще…» «Да не, не… — успокаивал себя писюн — проста ёбнутая.»

Поначалу дусина движуха вызывала у меня дезориентацию и приступы марской болезни, а миша её ваще боялся и не любил совсем. Потомушто один раз, нихуя неразглядев Дусю на фоне писюновского ковра (связанного наверно тем же дальтоником, который мише свитер красный захуярил), миша наступил на ейный ебальник, а поскольку Дуся пачимуто мяукать не умела нихера, издавая заместо етого какие-то кряхтяще-пердящие гортанные звуки на манер тувинских духовых инструментов, она со всей своей кошачей пезданутости начала сцука страшным тувинским голосом орать — я, чесно признаюсь, малёха припустил жыдким в трусники, а вот 12-ти летний миша впервые в своей жызни схватился за серце, а когда отошёл, начал Дусю ненавидить лютой ненавистью.

И вот однажды, когда писюн в очередной раз ушёл посрать и залип в толчке на полчаса, разглядывая в унитазе чудные какашные узоры, мы с мишей остались тупить в писюновской комнате в два рыла. Тут я обратил внимание, што Дуся заговорщицки выглядывает из-за кресла и щуря один глаз палит в мишину сторону. Я мише ето дело показал и только хотел уже чё-то по этому поводу пиздануть, как вдруг миша, внук ворошиловского стрелка, нихуя не растерявшись, мощным вдохом собрал все плескавшиеся в голове сопли (грамм думаю 200, не меньше — зима была) и смачно с присвистом форчманул Дусе прям в летсо. Я даже растерялся как-то. Дуся пролетела всего-то метра полтора, зато с такими выебами, што Алине Кабаевой и не снилось нах.

Через пару дней Дуся начала по-маленьку облазить. Писюн говорил што ето на нервной почве, но мы-то с мишей знали, што после такого заряда гайморита в голову ваще не жывут — так што ей ещё повезло, можно сказать.

А писюновская мама походу стреманулась, што кошке настает постепенный пездец и купила писюну на замену большова такого хуйпойми африканского попугая по кличке Розелло нах. Продавец её пролечил што Розелло пездец какой умный и говорящий, схватывает типа всё на лету, хуй заткнёшь. Но Розелло почему-то оказался на редкость тупым ебланом. В течение недели мы с мишей учили его говорить одно единственное слово «писюн». День изо дня мы ебли ему мозг часа наверна по два, штоб не спизднуть, »… писюн, писюн, писюн,… говори сука ебаная — писюн, писюн… вот веть педораз… писюн, писюн» — ну и в таком духе; под конец даже нещасная облезлая Дуся, не выдержав такова напора, корча ебало и заикаясь начала гудеть што-то подозрительно напоминающее слово «писюн», лишь бы мы заткнулись нахуй. А Розелле хоть бы хуй — сидел в углу клетки, таращил полные непонимания глаза и обильно серил.

Миша уже хотел писюна разачаравать, типа «писюн, он у тебя походу глухой ваще.», но как выяснилось, Розелло был нихуя не глухой, а даже савсем наоборот. Всё это время хитрый пернатый слушал… набирался, тыксызыть, сеансу. Через пару недель етот пидар выдал всё — и «писюн», и «сука ебаная», и «педораз» с «мудаком», и ещё целый ряд окологинекологических терминов, смысл которых я узнал только несколько лет спустя. Писюн с мамой были в шоке канешна. И веть, што характерно, не наебал продавец — действительно хуй заткнёшь. В качестве бесплатного дополнения к выученным словам Розелло научился кряхтеть, пердеть, лихо подражать звуку проезжающего трамвая и звонко посвистывать. Причём делал он ето, походу, круглосуточно, потому как писюн приходил в школу с таким помятым видом, как будто всю ночь катался на трамвае в шумной компании милицейских свистков. К тому же, по ево словам, Дуся сильно нервничала.

А Дуся на самом деле сходила нахуй с ума. То исть она и так была припизднута нехуёво, но с появлением Розеллы её стали покидать последние остатки разума. Если раньше Дуся слушала тока то, што пиздят голоса в ейной голове, то теперь к этой неебической толпе добавился и левитан с крыльями, который походу наглухо забивал Дусе все сигналы с Марса. Ну и в один прекрасный день мы с мишей стали свидетелями таво, как Дуся, чуйствуя видимо близкую кончину от помутнения рассудка, решила напоследок во што бы то ни стало вточить говорящего окорока. Сам Розелло к тому моменту времени уже надрочился открывать клетку изнутри и по-хозяйски вылазить на крышу подышать воздухом, причём проделывал всё это не прекращая пездеть ни на секунду ваще. С крыши своей клетки Розелло как козырной страус выглядывал в окно, обсуждал сам с собой последние новости и попутно подслушивал всякие гадости штоб вечером опять ошарашить писюновскую маму очередным хитровыебанным матюком. Улучив один из таких моментов, потерявшая всякую надежду, окончательно охуевшая Дуся, изо всех сил стараясь не палицца, полезла ёпт за добычей на клетку. Выкатив фары от волнения и еле сдерживая метеоризьм, Дуся приблизилась к Розеллу вплотную и застыла. Всё, — подумали мы с мишей, — пезда рулю… Но в етот момент Розелло медленно повернулся, и, увидев перед ебалом такую хуйню (Дуся бешено вращала глазами и мелко тряслась), оценил апстанофку, неспешно так прицелился и как заправский скотобой уебал Дусе клювом прям промеж ухоф. Тюк, блять… Досмотрев как Дуся ссыпалась на половичок, Розелло звонко присвистнул и продолжил пездеть.

Все остались жывы вопщим. Не знаю, што за нервные центры в кошачьей голове поразил удар африканскаво Розеллы, но облазить после етого инцидента Дуся перестала. Зато начала жрать своё гавно, наводя ужас на домочаццев.» (Залогиньтесь, чтобы почистить страницу.)